Брутальная одежка

  Перемотанная скотчем газета долгое время служила чехлом для нашего туристического топора. без чехла никак.  У мужа страсть- любовь к заточке лезвий. Думаю, наш топор режет хлеб получше, чем некоторые ножи.  Перед новым годом вспомнила, что муж давно хотел чехол для топора. Кусок рукава от старой куртки, пробойник, линейка и моток ириса с крючком. Все, что нужно для топориной обновки. Теперь с нами будет ездить вот такой щеголь.

Последние дни лета

 Последние дни лета у нас в этом году случились аж в середине сентября.
 Теплынь, мы уехали с друзьями на этот раз выше по Оби. На совершенно волшебную протоку. Щедрую на угощения.

Вот какая красавица. Вода в ней во время клева прямо-таки кипит от щук. Даже я поймала шесть! И муж две. Но муж круче. потому, что я ловила на спиннинг и блесну,     а муж на удочку и сначала на живца, а потом - на кусочек шашлыка. Собственно мы с мужем такие рыбаки, такие рыбаки, что толком не знаем что на что ловить, вот и ловим на все подряд. Нам, как дилетантам прощается.

 Еще немного красот. Сначала моя любимая проселочная дорожка. Я назвала ее "Там щуки и ежевика"

 Там, где крутой берег - уже Обь.

 Солнце мое через несколько минут сломает спиннинг

 Ночью в реке плюхали щуки и ондатры и луна была просто ослепительная.

Теперь я хочу спиннинг.

Выходные

 Обожжаю выходные. Особенно летом. Вырваться из города в совершенно другой ритм, слушать, дышать, пропускать сквозь пальцы листья, цветы, землю...
 Запах свежескошенной травы, запах цветов и запах дыма... шелест листьев, звонкий перестук дождевых капель, крик птицы над головой... краски - все оттенки зелени - листья, травы, овощи на огороде, цветы-цветы-цветы.... все это сливается в неповторимый калейдоскоп летнего выходного дня.
 И вечер радует усталые мышцы как никогда.

 В эти выходные мне удалось не только побывать на даче, но и уехать в глушь, в ухабы, к реке и звездной ночи у костра.

берег Оби, Обь здесь разделяется на два рукава, огибая остров. 

 Нельзя же обгонять машину машиной на реке, правда? Значит, знак здесь стоит совершенно правильно, хотя и вверх ногами. 

 А это специальное рыбацкого заклинание. Нам, правда, не помогло. Я ж говорила, что надо помазать кровью, тогда поможет. Что-то не, не помазали.

 В общем, была замечательная ночь у костра, вкусный супчик поутру, чай на костре из шиповника, смородины и ежевики. Правда ноги замерзли ночью. Ну да ничего, возьмем в следующий раз шерстяные носки. Будет повод связать.

Весна! Дача!

  Да . на моем подоконнике тянутся к солнцу тоненькие махонькие помидоры. И  даже астры тоже тихонько расправляют первые листики.
 Но все же весна для меня начинается с первого выезда на дачу. Сегодня - весна! Доехали до дачного общества и пробрались, проваливаясь в нерастаявший снег до дачи. Снег зернистый, рыхлый, провалишься, а там - под снегом, в провале уже вода. Сегодня тепло, я даже сняла куртку  - накидала снегу в парник и в бочки, а муж скинул снег с крыши крыльца. Попили чайку, подышали свежим воздухом. Заячьих следов в этом году не видать и деревца не тронуты мышами. Зато птицы в этом году слопали всю рябину и дичку, обильно удобрив под ними снег.
 ну и фото - смотрите, как сходит снег - где-то еще лежит сплошным слоем, а где-то уже почти нет его. Маленькие реки уже вскрылись ото льда, а вот Иня пока еще спит, лед.

Синее

 Синие-синие резкие тени - волшебные и глубокие - на белом-белом снегу... Деревья все в инее, вспыхивают в пушистых кронах ослепительные белые искры, вспыхивают и гаснут, чтобы снова засиять мгновением позже. Высокое, огромное небо, распахнутое над головою, синее - синее, чуть выцветающее к горизонту и солнце - царящее, ослепительное солнце. Сумасшедшее солнце - холодное- холодное. Звенящий солнечный воздух, льдистый и обжигающе колючий. Минус 30. У нас зима.
Ну наконец-то!

Волшебство

 Ой, как же мне нравится, что у меня есть нескучная дочь! Нескучная дочь - это не только три ведра валерьянки на ночь, но и кусочек волшебства. Именно дочке обязана я поездкой в эти выходные.
 А еще так здорово, когда у мужа новая машина и он горит нетерпением испытать ее на межгородской трассе.
 А еще -случайные знакомые, которые умеют выхватывать из разговора маленькие возможности, а потом звонить и напоминать о них.
 Именно так - из случайностей, разведанностей и желаний выросла наша семейная поездка.
 А ездили мы в кукольный театр! В Томск. За 250 км. Зачем, спрашивается, ехать в кукольный театр в Томск, если в собственном городе их не один?
 Потому что в театре, куда мы поехали живет душа и волшебство.

 Мы точно туда идем? - спрашивали мы дочку, спускаясь куда-то в частный сектор по скользкой от свежего снега горке. Туда! Туда! - уверенно отвечала дочка. А папа нас найдет? Найдет, я его приведу! И убежала отрывать папу от его сокровища, которому он наливал воду в бачок омывателя.

 А мы остались разглядывать деревянный дом под хмурым осенним небом. Дом притаился на маленькой улочке, повернувшись к нам глухим, безоконным боком. Холодно, дверь манит в тепло. Беремся за ручку и попадаем в маленькую прихожую, плечики для одежды из веток,  встречает нас кукла - бабушка. Кукла вяжет и болтает, приглашая идти дальше.
 А дальше мы попадаем в зрительный зал - пять рядов скамеек, галерея, маленькая сцена, камин в углу топится дровами, горит живой огонь, наполняет теплом и уютом высокое деревянное строение. На галерее, на стенах - куклы. Двигаются, разговаривают. Каждая о своем. Деревянное строение, куклы на стенах, живой огонь в камине, неяркий свет, гул голосов, дробный топот детских ног по ступенькам и галереям... Все настолько необычно, так по-домашнему и в то же время так ... я даже не могу подобрать слово... как будто ты сегодня и не сегодня, как будто ты немножко вчера. Как будто этот дом стоял тут давно-давно, еще с тех времен, когда  не клеили на стены обои, топили зимой  печи мерзлыми заиндевевшими дровами и набирали воду в колодце во дворе. Как будто здесь в углу до сих пор ворчит домовой и подметает после посетителей дощатый пол...  Как будто этот дом - грань между мирами. Там, за дверью, город, промозглая осень и ищущие парковки машины, а здесь... здесь все по другому. Волшебно.
 И представление волшебное - голос, книга, куклы... Нет, это можно только смотреть, как описать не знаю.
 Только вокруг меня на полчаса замерли в жадном внимании очарованные взрослые люди. Дети тоже, но мне показалось - именно взрослые на полчаса стали детьми.

  

Дороги 3. Проселочные дороги 2.

 Как я уже сказала - для меня проселочные дороги - это туземцы. Я уже поделилась своими впечатлениями от любимых проселочных дорог. Но есть и другие. Наверное они тоже рождались так же, как и те, чье имя Золотой Карась или Груздяной Колок. И были бы так же бесхитростны и некровожадны, если бы однажды к ним не пришли жесткие и безжалостные покорители. Трактора, комбайны, тяжелые грузовики и забитые людьми автобусы. Если бы тяжелыми колесами не содрали траву и нежное земляное покрытие, они так и вились бы между полями, легкие и беззаботные собиратели-кочевники, смешливые и пахнущие цветами. Но на свою беду имя им, наверное, оказалось что-то вроде Пшеничное Поле, или Ферма, или Там Надо Вспахать, или Здесь Короче К Райцентру. И все. Капец их природной аутентичности. Никто не даст им уснуть зимой и неспешно оттаивая- подсыхая проснуться весной, или сопя и хныкая отлежаться в осенней хмари. Их будут давить, раскатывать в колеи, накатывать кучу шрамов, бездонных ям, иногда их усмиряют грейдером, но ненадолго... Их бесконечно насилуют, с равнодушием рабовладельца жалея лишний раз облагородить их щебнем, водоотводами, гравием и надежными мостиками. Зачем, это ж так, пыль, раб колес, терпи... К чему лишние расходы, вытерпят. Все вытерпят... И такие дороги ожесточаются и начинают мстить. Они выжидают, заманивают вроде гостеприимным началом, но потом.... ооо.... потом единственное, чего хочется - выбраться оттуда с наименьшими потерями. Такие дороги пахнут опасным дождем, глиной и пылью, они пахнут выхлопными газами от надрывающихся моторов. Из звук - это сбитое дыхание, звук скрежещущей о днище машины земли и натужного воя мотора. Их ощущение - злость, страх и невыполнимое, но такое отчаянное желание приподнять машину над дорогой. И тогда я сижу на месте пассажира и, судорожно вцепившись в сиденье думаю - ну, милая, ну еще чуть-чуть, ну пожалуйста, я тебе куплю все, что ты хочешь, я тебя бархатной подушечкой отполирую, я тебе колесики зубной щеткой отчищу, ну, пожалуйста! И машина, дрожа, вихляясь и натужно воя пробирается вперед. И я думаю о ней как о большом усталом существе, которое так хочется поберечь и приласкать, но - все равно заставить пройти, унести нас куда-нибудь под суровую защиту трассы или спрятаться у гостеприимных полевых грунтовок. Ожесточившись, эти дороги играют вне правил честного боя. Они отступают перед тяжелыми тракторами, которые изуродовали их души, но, сознавая свою слабость и не в силах сдержать мстительность ждут тех, кто послабее. Ждут легковые машинки с низким клиренсом и издеваются над ними как только могут. Их союзники - дожди и ранние оттепели, снег и грунтовые воды, их безраздельное время победы - дождливая ночь. И мы стараемся проскочить их пока союзников рядом нет - посуху, посветлу...
 Мы - люди - сами сделали их такими. Мы живем на одной земле. Мы не можем не пересекаться - они с нами, мы с ними. Мы создали их и мы же ненавидим их. Нелюбимые ожесточенные... Как же хочется обойти их стороной. Пусть воюют с равными... Но - как можно воевать с равными, если те, кто их уродуют сильнее, мощнее и безжалостнее.

Дороги 2. Проселочные дороги 1.

Проселочные дороги… Если федеральная трасса – это воин, то проселочные дороги – это туземцы. Туземцы бывают разные.

 Сегодня я расскажу о тех проселочных дорогах, которые мне любы больше всего.  Это такие маленькие дороги, разбегающиеся от деревенек и дачек куда-то в поля, к реке, в неведомые дали. Эти дороги – они как папуасы Миклухо-Маклая. Дикие, но симпатичные. Людоеды, конечно, но незлобивые. Как и папуасы, эти дороги абсолютно естественны, они – дети земли, по которой бегут. Их абсолютно не смущает покрывающая их короткая кудрявая травка и прозрачные лужи, ямки и кочки. Им даже не приходит в голову, что дорога может быть иной – прямой, ровной и серой. Эти дороги всегда заняты. Они рождаются союзом природы и людей, каждая со своим предназначением. Наверное, есть какой-нибудь дорожный шаман, который нарекает их именами, и имена их звучат как-нибудь: Золотистые Караси, Груздяной колок, Дальний выпас, Вот Тут Короче или Хрен Найдешь Зимой. Такие дороги пахнут солнцем, травами, грибами, ягодами и близкой рекой. Их звуки – это сумасшедший хор кузнечиков, щебет птиц и шорох травы о днище машины. По ним обычно ездят легковые машинки с рыбаками, охотниками и грибниками, небольшие грузовички с сеном в кузове, лошадки с телегами, по ним любят проходить  пестрые неспешные коровы, роняя здоровенные круглые лепехи-приветы. И эти дороги совершенно не смущаются ни лепех, ни проплешинок накатанной земли, ни пыльных лопухов по краям. Они гостеприимны и зовут разделить с ними их добычу – грибы, рыбу, диких уток. Они деловито ведут тебя, и ты, доверившись, едешь, едешь, огибаешь какой-нибудь лесочек и… возвращаешься на то же место. И дорога белозубо покатывается со смеху, хлопая себя большими ладонями по обнаженным жилистым бедрам и сгибаясь пополам, хохочет до слез, глядя на твое недоуменное, растерянное лицо. А просмеявшись, поднимает какой-нибудь лист лопуха, показывая незамеченный прежде поворот… Иногда нерадивые водители роняют на нее какую-нибудь опасную колесам ерундовину и дорога заинтересованно повертится, порассматривает, а потом с благоговением выложит эту ерундовину прямо под колесо – забирай, белый человек. И с напряженным озадаченным интересом будет наблюдать, как вы, шипя и досадуя, бегаете вокруг машины с запаской и домкратом. А когда вы уедете, она пожмет плечами и вернет опять на середину эту ерундовину, которую вы с таким остервенением выкинули в кусты.

  Эти дороги – дороги настроения и хорошей погоды. Их надо знать и любить. Но ним нельзя ездить без интереса к окружающему миру. Им неведомы трактора и большие грузовики. Маленькие, извилистые, поросшие травой проселочные дороги. Дороги, ведущие к отдыху, костру, палатке и огромному звездному небу…

Дороги 1. Федеральная трасса.

Дороги… люблю ли я дороги… даже не знаю. Сложные у меня с ними отношения. Но дороги случаются, как без них..

 За городом первой нас всегда встречает федеральная трасса.

 О, федеральная трасса – это жесткое, целеустремленное, натянутое как стальная струна создание. Федеральная трасса – это воин. Солдат. Суровый и непреклонный. Вышколенный и готовый к битве. А битва у нее вечная и непрерывная. Бесконечная битва за прямоту и ровность, ибо именно это дает то, ради чего она существует – скорость. Утром, днем, вечером и ночью, зимой и летом она в непрерывной схватке с природой. С морозами, ветрами, грунтовыми водами, плывущими грунтами и всем тем арсеналом, который есть у природы.  Трасса воюет, бесконечно залечивает раны , выстраивая ряды оранжевых конусов, за которыми утюжат мир асфальтоукладчики, снова и снова пускает машины, рисующие белую разметку, вызывает целые тучи грузовиков с песком и щебнем…, она делает все, чтобы кусочек мироздания стал ровным и черно-белым.  Задача природы – стереть, размыть трассу, задача трассы – выстоять. В ней нет естественности, нет шуток и невнимательности. Это война, сынок. Собраться. Вперед.

 Федеральная трасса – это легкая вибрация, мягкие толчки, властная непреклонная сила, давящая в плечо на поворотах и заставляющая ремень безопасности просыпаться на торможениях.  Это – распахнутые глаза и адреналин в крови если вдруг резко вскидывает машину на незаметной кочке – знаете, такие хитрые, незаметные кочки-валы на стыках асфальта – вроде ровная трасса и вдруг – бац! Стукнуло, вскинуло машину. У меня сбивается дыхание на таких кочках.

 Федеральная трасса – это ровный тихий гул мотора, это звук шин  - ворчащих, шепчущих, шелестящих, взрыкивающих или мерно постукивающих – в зависимости от покрытия, это протяжные вздохи проносящихся мимо фур, и – главный звук федеральной трассы – это ветер. Свистящий, обтекающий машину ветер, неистово врывающийся в приоткрытое окно звонко и тревожно.

 Я поворачиваю голову вправо и смотрю на обочину, на эту слившуюся серо-зеленую ленту, текучую, мерцающую и мне  кажется, что это – вспоротый разлохмаченный край мироздания. Вспоротого мира – зеленого мира с деревьями  и травами, буераками, ложбинками и горками, с ромашками, иван-чаем и коричневыми метелками конского щавеля. Разлетается надвое лес, мелькает внизу река, отшатнулась в сторону деревенька. Трасса вспорола мир прямо и гладко, ей глубоко плевать на неровности и прихотливость окружающего мира. Воин. Меч.

 Я смотрю вперед , навстречу мне летит серая лента асфальта, придорожные столбики и бесконечная белая разметка. Я против течения. Трасса атакует меня, я рвусь вперед. Против, против, против течения. Разлетается прозрачными осколками привычная ежедневная упорядоченность моего бытия, такая уютная упорядоченность, осыпаясь на асфальт шорохом шин…

 Я закрываю глаза вижу все ту же серую ленту и разметку, мчащуюся на меня в темноте – мчащуюся на меня бесконечность. И я распахиваю глаза и начинаю ловить взглядом синие указатели с названиями городов. Я так люблю эти указатели, они для меня как маленькие тросики с крючками на конце – Кемерово – полетел один крючок, вонзился в землю, натянулась нить, Мошково – выстрелил другой крючок и снова натянулась невидимая нить, привязывающая меня к реальности и не дающая сорваться в бессмысленную бесконечность.

 Бьет в глаза заходящее солнце. Бьет безжалостно и ослепительно, но я люблю его. Я так люблю сегодня заходящее солнце, потому что сегодня мой путь на заходящее солнце – это путь домой. Федеральная трасса Сибирь ведет меня сегодня бестрепетно и надежно – домой.

да, я не меломан, но...

 Небо... высокое, безоблачное небо... и - солнце. Ослепительное солнце. Нет, не безжалостное светило, а наконец-то вырвавшееся из-за туч и безраздельно победившее непогоду солнце. Яркое, ласковое, щедрое... Горячий песок под ногами. Я почти забыла за долгую зиму каково это - ступать по горячему песку босыми ногами. Шаг по обжигающе горячему, накаленному солнцем песку, шаг по обжигающе холодному, еще не забывшему паводок, речному плесу... ослепительное солнце над головой, ослепительные блики воды у моих ног. И - барабаны... низкий гул барабанов у самой поверхности воды... растекается над водой, обволакивая паруса катамаранов бархатным рокотом... закрываешь глаза и теряешься - то ли летают над барабанами ладони, рождая околдовывающий меня ритм, то ли отдыхает барабанщик, а завораживающий, идущий откуда-то от земли, от сердца, от крови низкий певучий ритм, что я слышу - это просто я. Это просто мое тело напевает под солнечным небом... Голубым небом, в которое тянутся высокие стройные сосны...  Кружево яркой хвои на ослепительном небе. Белые росчерки длинных, гибких берез берез среди сосен. Белые-белые... Белая блок-флейта на фоне сосновой коры... седой ежик волос, закрытые глаза, смуглые мужские пальцы танцуют по флейте, выводя мелодию, янтарную, как капли разогретой солнцем смолы, прозрачную, как небо над нашими головами...

Нет, я не меломан, и гитару последний раз держала в руках не помню когда... кончики пальцев на левой руке давно забыли что такое жесткие струнные мозоли, и последней написанной мной песне уже лет 25 - не уверена вспомню ли...

Но совершенно случайно попала я на фестиваль бардовской песни Акбард. Увы, оценить звучание как спец не могу. Я могу просто поделиться ощущениями и настроением, запахами, вибрацией...
Много. Очень много машин. Раскиданные под соснами они словно прижались к земле, пытаясь притвориться обычным элементом леса, замерли и замолкли, тени веток на блестящих боках, солнечные блики...

палатки и костры.... дым над землей... запах нагретой за день солнцем хвои и смолы вечером сменяет запах дыма...

Горячий песок, холодная речная вода, свежий ветер с залива...

Очень приятные, замечательные люди. Много. Это здорово.

 И дальше о Вьетнаме.

.... Начинало темнеть. Темнеет там быстро и в семь вечера уже ночь. Но у нас еще было время и мы пошли вдоль кромки воды.

 Немножко о Вьетнаме - каким я увидела его.
 Снег, зима, а наши знакомые скоро снова улетают на Фукуок. И сразу заскучалось, завспоминалось. И я подумала -почему бы не разместить здесь мои заметки о путешествии.
  Итак, куда я ездила? Ездила я во Вьетнам. Дикарем. Без знания английского. Зачем? Ну -типа отдохнуть и набраться новых впечатлений. Второе мне удалось как никогда.